О чём молчит человек

С этой пьесой я был приглашен в Ленинградскую студию Игнатия Дворецкого в 1974 году. По началу студия состояла из пяти человек, но вскоре стала разрастаться, обретая известность. Я колесил из Таллинна в Ленинград около года. В то время я уже работал в кочегарке, дабы иметь побольше свободного времени, да еще жизнь узнать поближе. Именно в кочегарке зародилась идея написать «Акимова». Написал быстро и легко. Дворецкий категорически не принял пьесу. Он даже не рискнул обсудить ее на семинаре... В общем-то, он оказался прав. Все мы по-своему прагматики — рисковать не каждый умеет… Дворецкий не был просто осторожным человеком, он был профессиональным журналистом и имел отменный нюх. В те годы я был довольно наивным молодым человеком и воспринимал жизнь, как поле отчаянной драки, отчаянного риска… (Читайте, например, «Причастие»). Мы расстались с Дворецким каждый при своем мнении… Позднее пьесу «О чем молчит человек» слегка подправил и отложил в долгий ящик… Писать – «чего изволите» и не думал. «О чем молчит человек» многим нравится. Надеюсь, и вам понравится. Последняя правка была в 1980 году.

Акимов

«Акимов» — моя радость и моя беда. В советское время «Акимов» устроил мне веселую жизнь, жизнь, о которой иной сказал бы – не жизнь это, милый мой, а беда. Наверное, так оно и есть. Но я был молод, открыт, дерзок, бесстрашен… видимо, потому, что занимался серьезно спортом и не знал никаких компромиссов… В те годы люди решались поговорить о политике только на кухне, да и то с очень близкими друзьями… А все-таки приятно, что не покривил душой – писал все, как есть. Кидал уголек в кочегарках, работал то там, то сям, чтобы свести концы с концами, и писал все, как есть… Сейчас легкая грусть — жизнь в основном прошла. А ведь мог тренировать сборную Эстонии, разъезжать по всему Советскому Союзу и жить в первоклассных отелях в качестве судьи международной категории… Перечитывая «Акимова», искренне изумляюсь – неужели такой невинной пьесой можно было угрожать государству? Почитайте. Пьеса написана в 1973 году – дистанция огромного размера, а проблемы все те же…

Причастие

«Лучше гор бывают только горы…». Высоцкий знал величие и красоту гор. В своей жизни я не мало бывал в горах, в более высоких, в более крутых, чем Карпатские, но и в Карпатах есть речушки очень серьезные для водного туризма – с порогами даже пятой категории. Но ни трудные пороги, ни сложные тропы побудили меня написать пьесу «Причастие» — мы с другом встретили в горах отчаянных девчонок и, самое главное, встретили беглых. Да-да – беглых! Трое осужденных удрали из опрокинувшейся конвойной автомашины и скрылись в горах. Вот их-то мы и встретили… Почему – «Причастие»? Об этом пьеса… Написана в 1978 году. Правка – 1985 год.

Кристиан и Мильви

Пьеса «Кристиан и Мильви» — попытка рассказать о непростых судьбах «лесных братьев» Эстонии. Посещая хутора родных мест моего отца, слышал от людей нечаянные откровения, но не более того… Хуторяне – народ молчаливый, и тому есть веские основания. Бывая у сестры отца на хуторе, который построил мой дед, я узнал много интересного для себя из первых рук. Дед до революции служил жокеем при царском дворе в Питере. Накопил денег на покупку земли в родной Эстонии и построил хутор, где и прожила всю свою жизнь Марта, сестра моего отца. Она-то и рассказала мне историю одного из «лесных братьев». Кристиан и есть тот самый «лесной брат». Советская историография о лесных братьях – только негативно и очень далеко от правды. Известно, что империи никогда не приносят людям счастья. Люди в таких искусственных образованиях подневольны… Но жизнь сама все расставляет по своим местам и показывает длинный нос лжеисторикам. 1989 год.

Жертвенный камень

Трудная судьба у моей маленькой Родины… Приехав с Урала в Эстонию в 1953 году (после смерти Сталина…), я впервые воочию увидел Таллиннский Вышгород с его башнями, с его пиками церквей и, конечно же – море… Все было интересно! Много вопросов, и очень мало ответов… Где их брать? Все правы и все виноваты. Долго готовился, читал много, много слушал, в результате родилась пьеса «Жертвенный камень» лишь в 2000 году.

Партита

«Партита» — почти фотокопия событий вокруг дома, в котором живу, во времена «пост-перестройки». Это годы потрясений и крушений многочисленных судеб. Кто-то приспосабливался к капитализму, кто-то бежал куда глаза глядят, а кто-то здорово погрел руки не вполне честным образом. Так все и было. И персонажи вокруг все те же… 2002 год.

Пилигрим

«Пилигрим», это во многом о себе… О своем неумении приспосабливаться в жизни. Что мне всегда мешает? Отсутствие чутья в вопросах выгоды… Куда-то запропастились осторожность, предусмотрительность, обыкновенный житейский расчет. Зато не скучно. До тошноты не скучно… 2002 год.

Песни лунатика

Эта пьеса, своего рода — прощание. Вся жизнь человеческая — сплошные компромиссы. Порой от этих компромиссов устаешь больше, чем от хорошей, честной драчки. По мне, лучше драться — чистым останешься перед самим собой… Тогда и сон хороший, и жить опять хочется, и день очередной очень даже сносный… Дети в этом отношении намного честнее нас — взрослых.

Ох этот Бес!

Моя новинка.

Пьеса не совсем обычная, но читается довольно легко. Да и на сцене может получиться неожиданной.

Фаталист

Человек мечется в молодости, а когда все уже позади - жизнь оживает в новом качестве... В каком? Во всяком случае - не в худшем. Об этом пьеса.